Cлавазария - мир глазами Вячеслава Азарова - Анархическое завтра


Власть власти рознь 
Долгие искания анархизма, неизбежные ошибки, бурные события трёх русских и испанской революций, а больше – контрпропаганда этатистов (государственников) привели к тому, что в сознании широких слоёв общественности анархисты представляются как противники любой власти, любого порядка.

Поэтому нормальный человек, связывающий свою жизнь с упорядоченностью, стабильностью, уверенностью в завтрашнем дне, естественно, предубеждён против нашего движения. Но власть власти рознь. И, скажем, в отличие от революционной организации, спаянной не столько идеей, сколько бурными событиями или жаждой отмщения, эволюционная анархистская организации зависит от уровня самодисциплины, то есть общественной власти.

Власть существовала изначально, из самых основ человеческого общества. Даже Бакунин и Кропоткин признавали существование власти общественного мнения, обычаев, обрядов, регламентировавших жизнь догосударственных человеческих общин. Биосоциальная теория Кропоткина выводила социальную власть из стадной дисциплины и инстинкта самосохранения в животном мире. Однако, носителем этой власти может быть лишь община, коллектив. А основой социального зла, зла во всех социальных отношениях является эксплуатация. И источником её возникновения мы считаем неконтролируемое обществом выделение управленческой функции в социуме.

Ещё основатель анархо-универсализма А. Гордин писал, что «власть предшествует собственности». Но безграмотные советские марксисты приписали своему учителю тезис о системообразующей роли частной собственности в создании власти и классовых обществ и на нем построили всю свою классовую борьбу. Между тем, и Маркс, и, особенно, Энгельс понимали, что в первых государствах на Востоке собственность на главное средство производства – землю – была исключительно государственной. И что на Востоке (а, значит у истоков власти) главный социальный конфликт развивался не из частнособственнической, а исключительно из властной эксплуатации. Из действий политической власти, которую в противовес естественной общественной власти Бакунин называл властью искусственной.

Рассвет государства 
Изначально социальная организация человеческого общества обуславливалась способом производства. Для присваивающего хозяйства (охоты, собирательства) достаточно было небольших кочевых общин в 15-20 человек. Но уже на этой стадии развития руководителем общины неизменно являлся организатор хозяйства. Палеоклиматические сдвиги, вызвавшие кризис присваивающего хозяйства, заставили общины начать переход к производящему хозяйству: от охоты и сбора дикого урожая к культивированию съедобных растений.

Изменения климата вынудили земледельцев спуститься с предгорий в засушливые долины (иракская культура Хассуна VI тыс. до н.э.), что обусловило объединение земледельческих общин в крупные производственные коллективы для совместного ирригационного земледелия. Расчистка полей и проведение каналов требовало усилий большого числа земледельцев, а, следовательно, и концентрации большей общественной власти в руках организаторов производства.

Земледельческий календарь (знание сроков и технологии земледелия) стал символом процветания и экономического могущества. Его держатели – сакральные организаторы производства в Шумере, Египте, Перу – стали субъектами власти, всё более бравшими на себя функции принятия решений в производстве и обеспечения порядка в социуме. Так создавалась каста царей-жрецов. Храмы становились центрами хозяйственной организации и распределения прибавочного продукта. Возникали большие храмовые хозяйства, а собранный урожай перед распределением свозился в храмовые хранилища. В конце V тыс. до н.э. в Двуречье вокруг храмов образуются крупные земледельческие поселения – протогорода.

Таким образом, рост населения и необходимость распределения ресурсов, усложнение организации производства и потребность в урегулировании увеличивающегося числа социально-экономических конфликтов привели к небывалой концентрации общественной власти в руках ограниченного числа управленцев. Распоряжаясь средством производства (землёй) и прибавочным продуктом (урожаем) и, являясь единственными держателями производственной и социальной информации, они сами принимали решения и превратились в первую политическую власть. По словам известного исследователя политогенеза Л. Васильева, это привело к тому, что «власть породила собственность, возник феномен власти-собственности, где собственность – функция власти, её следствие»! С тех давних пор история человечества не перестаёт доказывать, что власть находится в руках реальных собственников информации и средств производства.

Закат государства 
Спустя тысячелетия отстранения труженика от средств производства (сначала земли, затем машин) и века мечты социалистов-утопистов наделить каждого труженика собственными средствами производства, настала принципиально новая эра. Ещё в середине 70-х гг. ХХ в. человечество верило в торжество индустриальной государственнической цивилизации с её культом потребления и репрессивным управлением. И мало кто подозревал, что через каких-нибудь 20 лет она начнёт сдавать позиции новой информационной цивилизации, где государства теряют своё влияние, люди творят без станков, а погоню за материальным богатством затмит высшая ценность творческого самосовершенствования.

Государство возникло и всю свою историю держалось на принципе отчуждения средств производства (экономическое господство вело к политическому), эксплуатации труда и ограничении информации. Но с окончанием индустриализма и переходом развитых обществ к производству посредством информационных технологий, труженика работающего с этими технологиями стало практически невозможно отстранить от его средства производства. Как отметил директор Института проблем глобализации М. Делягин, если раньше владелец средств производства лишь частично допускал к ним, не имеющего возможности самостоятельно трудиться работника, то «с появлением информационных технологий этот работник носит ключевые средства производства в собственной голове и памяти личного домашнего компьютера, подключенного к Всемирной паутине».

Вызванная новыми условиями производства социальная трансформация, по словам директора Центра исследований постиндустриального общества В. Иноземцева, поднимает проблему управления нематериалистически мотивированными личностями. «Традиционные методы управления, основанные в большинстве своем на экономических стимулах, оказываются здесь неэффективными, и, таким образом, формируется широкий круг людей, не зависимых от общества …». Поправим только, что в Украине их независимость касается не столько общества, сколько госаппарата: его контроля, запретов, границ, налогов.

Это в США государство (посредством военных заказов) инициировало создание информационных технологий и всей своей политикой направляло высокотехнологичные ТНК вовне страны. В результате сложилось взаимовыгодное сотрудничество ТНК и государства. Базирующиеся в Америке ТНК, грабя развивающиеся страны для собственного обогащения, в то же время продвигают экспансионистскую политику правительства. И напротив, мощные ТНК сами формируют политику американского государства, и заставляют его посредством давления через глобализационные институты, взламывать независимые рынки и продвигать на них интересы ТНК. В таком тандеме само государство становится информационным, и методы его контроля успевают за взрослением информационного общества.

В постсоветском же мире, где государство консервативно и по своей ментальности всё ещё тоталитарно, класс бюрократии боится окончательно выпустить из-под своего контроля средства производства. А, значит, не существует независимых источников продвижения информационных технологий и поля для взаимовыгодного сотрудничества своих корпораций и государства. С другой стороны, глобальность информационной цивилизации приводит к тому, что её достижения проникают в самые отдалённые уголки мира. Складывается ситуация, когда на постсоветском пространстве и в частности в Украине, информационные люди уже есть, а информационного государства ещё нет. Именно невозможность отчуждения средств производства, плюс невозможность контроля информационных людей со стороны государства дают у нас реальное освобождение труженика-творца.

Но главное даже не техническое отставание государства, а моральная мотивация. Государство на Западе никогда не делало со своими гражданами того, что оно сделало на постсоветском пространстве. У нас в рамках одного столетия государство дважды тотально ограбило свой народ. Сначала национализировало все средства производства, а затем, в процессе номенклатурной приватизации, растащило обобществлённое хозяйство по карманам своей бюрократии. Поэтому с государством у нас особые счёты. И у нас яснее, чем где бы то ни было видно, что законы, защищающие собственность – это законы, легализующие наворованное. Тем более, что те же фигуранты номенклатурной приватизации находятся у власти и законы эти внедряют.

Общественная власть 
Постоянный процесс накопления знаний информационным человеком освобождает его сознание от мифов, идолов, предрассудков, в том числе и в социальной сфере, то есть освобождает его от государственной зависимости. По словам Ю. Затуливетра, познание «делает человека свободным и адекватным в выборе и принятии решений». В то же время неравенство является результатом дефицита, нехватки ресурсов, а также закрепления неравенства правом частной собственности. А так как главным ресурсом в информационном обществе являются знания, информация, - неограниченное копирование информации может сделать свободными и адекватными неограниченное количество людей. Что и станет фактическим залогом наступления анархии.

Информационные люди не атомизированы или беспорядочны, они самоорганизуются в свои общества и бизнес-структуры. Их правила взаимодействия, сила взаимной ответственности и неписаные законы общения - и есть анархическая общественная власть. Перед нами ростки украинского информационного гражданского общества, которое в отличие от США, государство контролировать не в силах.

Ради укрепления этого общества мы готовы бороться с правом интеллектуальной собственности и терпеть медиа-пиратство. Потому что видим в этом не воровство, а справедливое достижение равенства. Того, что первый антиглобалист Я. Махайский ещё в 1898 г. назвал «обобществлением знаний». Ибо «пока знания не сделаются владением всех людей, пока все люди не станут одинаково образованными,… до тех пор существуют господа и слуги»! И главная задача анархической пропаганды на данном этапе – не дать направить освобождение информационных людей в русло приобщения к грабительскому миру ТНК, а влить их в ряды всемирного гражданского сопротивления.

Новый тоталитаризм 
Информационная революция не только отодвинула государственный диктат на второй план, она породила нового безжалостного контролёра и эксплуататора. Начало отпускать удушье государства, но остался властнический инстинкт, перекочевавший в мир корпораций. Государственные интересы сменились корпоративными, государственная тайна – коммерческой. За счёт уникальности своей продукции «Monsanto» на биотехнологическом рынке или «Microsoft» на рынке информационных технологий практически не имеют конкурентов. Следовательно в этих сегментах экономики рынок (свободный договор), как таковой, исчезает. Возникает диктат, монополия ТНК, неограниченная экономическая власть, которая в новом информационном обществе приходит на смену государственной. И эта новая власть снова стремится к контролю над социумом. Так, по оценкам экспертов, последние программы «Microsoft» позволяют контролировать компьютеры, в которые она загружена. Мы на пороге нового информационного тоталитаризма. Тоталитаризма глобального. Ведь именно процесс глобализации является планетарным распространением и закреплением власти ТНК.

Одной из наиболее разрушительных угроз глобализации стало бесконтрольное движение капиталов. В реальности этот процесс не имеет ничего общего с «мифом об иностранных инвестициях». В подавляющем своём большинстве это спекулятивные капиталы финансовых ТНК (транснациональных банков и фондов) не связанные с развитием производства. По подсчётам директора Института проблем глобализации М. Делягина общий объём спекулятивных капиталов превышает 1 трлн. долларов, и «эта “ударная волна” способна превратить в руины почти любую национальную экономику, настроения и ожидания нескольких сотен операторов, работающих на нескольких мировых биржах, становятся значительно более важным фактором мирового развития, чем труд и ожидания сотен миллионов остальных людей, живущих в странах, которые могут попасть под удар мирового финансового кризиса».

Монополисты ТНК средствами PR уже давно формируют массовый спрос на свои новые продукты. А их авангард – глобализационные институты ВБ, МВФ, ВТО – продолжая эту практику, посредством мощных корпоративных СМИ формируют у мирового обывателя непротивление и даже потребность глобализации. Неолиберальной глобализации, глобализации «по-американски» как единственно возможного пути развития человечества в XXI веке. Ведь подавляющее большинство ТНК созданы американским капиталом и располагают свои центральные офисы в Америке.

США стали мировой фермой по выращиванию ТНК, в деятельность которых изначально закладывается экономическая агрессия на зарубежных рынках и вывоз награбленных капиталов на родину корпорации, - в Америку. В этой программе неоколониализма глобализационные институты работают в роли консервных ножей, - вскрывают национальные экономики путём превращения местных режимов в должников и принуждения их к изменению национальных законодательств под нужды ТНК. Потом в эти страны врываются сами корпорации и разоряют бесправные народы. А последней по времени фазой глобализации стала, уже не прикрывающаяся экономикой, мировая военная агрессия США под лозунгами борьбы с международным терроризмом.

Управленцы ТНК – новая мировая бюрократия, зачастую своей численностью превышающая аппарат среднего государства. Причём, сам процесс прихода к власти и принятия решений высшим менеджментом ТНК – в принципе, антидемократичен. По словам заведующего лабораторией Медиакультуры МГУ И. Засурского, «Изнутри корпорации не бывают "рыночными" или "демократическими", они, как правило, тоталитарны. Права человека не могли восприниматься корпорацией, слившейся с государством, как серьезная проблема…». В итоге «настроения операторов» не контролируются никакой общественностью, никакой народ не выбирает высший менеджмент ТНК. Больше того, в то время, как мать корпоративной экспансии – Америка – требует прозрачности национальных режимов и экономик (как ныне с Ираком), деятельность ТНК, манипулирующих государствами и распоряжающихся судьбами целых народов, абсолютно закрыта.

По словам Делягина, ТНК исключают «в мировых масштабах возможность даже примитивно-статистического исследования своего собственного развития». И в этом случае, по известной формуле лорда Актона «абсолютная власть разлагает абсолютно». Несмотря на все труды правительства по направлению хищных устремлений ТНК за пределы США, бесконтрольные корпорации начали грабить родных американских инвесторов. Финансовые махинации в «Enron», «WorldCom», «Global Crossing» и др. ограбили самих вкладчиков глобализации на десятки миллиардов долларов. И, по мнению аналитиков, именно желание отвлечь Америку от корпоративных скандалов стало причиной нового витка борьбы с терроризмом и подготовки вторжения в Ирак.

В Квебеке апреля 2001 г. состоялось подписание договора о «Панамериканской зоне свободной торговли». К 2005 г. это будет первая действующая модель глобальной тирании, где свыше 800 млн. человек обоих континентов подпадут под тотальный диктат ТНК. И там закономерно начнётся то, о чём говорит эксперт «Фонда Горбачева» А. Вебер, «Под флагом "свободы торговли" транснациональные корпорации стремятся обойти ограничения, которые возникли в странах Запада благодаря прошлым завоеваниям рабочего движения и институтам политической демократии. Ужесточение международной конкуренции побуждает их искать приложения капитала там, где труд дешевле, а профсоюзы бесправны, где нет или почти нет препятствий для эксплуатации женского и детского труда, где в изобилии относительно дешевые сырьевые ресурсы и не надо особенно тратиться на охрану природы».

Резюмировать эту угрозу Нового Мирового Порядка (НМП) можно словами председателя Польского Славянского комитета Б. Тейковски: «Глобализм, по сути дела, является новым тоталитаризмом, новым фашизмом… Целью глобализма является обеспечить США владение миром путем экономического и милитаристического преобладания по отношению ко всем государствам, подвергнутым покорению и эксплуатации. Проявляется это захватом американским капиталом собственности и рынков сбыта отдельных государств, ограничением их производства и навязыванием им свободной торговли, то есть принуждением к покупке американских товаров и услуг… созданием военных баз во многих государствах и присоединением этих государств к НАТО для полного подчинения американским военным, политическим и экономическим целям…»

Новое сопротивление 
Новый тоталитаризм обусловил рождение и совершенно нового сопротивления. Оно проявилось сразу и во всей своей организованной мощи во время саммита ВТО в Сиэтле в декабре 1999 г, где на улицы вышли свыше 50 тыс. противников Нового Мирового Порядка со всей планеты. Но откуда они взялись? Их объединила общая угроза, а связало порождение глобализации – Интернет. Этические принципы Интернета – настоящая свобода слова, отрицание иерархии и собственности (интеллектуальной) – есть принципы безвластия. Здесь невозможна «структура зонтика», - объединения сверху вниз. Здесь работает лишь принцип анархического федерализма, снизу вверх на началах свободного договора. Именно на таких принципам объединялись более 1200 общественных организаций из 87 стран, готовившиеся к Сиэтлу. Такими принципами руководствуются антиглобалисты и по сей день.

Глобальное гражданское сопротивление соткано из разнообразных общественных организаций всего мира. По достаточно устаревшим подсчётам журнала «Форчун» в рядах антиглобалистов действует 26 тыс. неправительственных организаций. Их объединяет общий враг: проблемы, с которыми борется каждая из них у себя дома, возникли в результате глобализации. Анархисты, противостоящие новой глобальной власти. Экологи, защищающие природу своих стран. Профсоюзы, отстаивающие права рабочих. Национальные производители, опасающиеся за своё производство. Этнические движения, берегущие свои культурные традиции. Все борются с агрессией НМП.

После Сиэтла были Прага, Ницца, Квебек, Гетеборг, Генуя, Барселона и десятки других акций поменьше. Все сборища глобализаторов неизменно сопровождались акциями антиглобалистов. За 3 года, прошедшие между Сиэтлом и Генуей, антиглобализм стал серьёзным фактором мирового развития. И в Генуе июля 2001 г. протестовать против встречи «большой восьмёрки» вышли уже 300 тыс. демонстрантов. А в Барселоне марта 2002 г. в акциях против саммита ЕС участвовало уже 500 тыс. бойцов сопротивления со всего мира. Основные столкновения антиглобалистов с глобализаторами происходят в Европе. И для новых угроз нового информационного общества характерно, что в европейском глобальном сопротивлении основной силой стали не профсоюзы, - борцы со старым индустриальным порядком. Главная сила движения – это студенты и члены различных НПО, а также представители среднего класса как лидер Крестьянской конфедерации Франции Жозе Бове.

Но то, что хребтом европейского сопротивления, как и в 1968 г., являются студенты дорогих престижных вузов, снова даёт буржуазным СМИ гадливо ухмыляться, мол, их всемирное единение и есть доказательство неизбежности глобализации, а сами они - «сытая молодёжь, которая бесится с жиру». К примеру, обозреватель АиФ В. Цепляев (31.07.01) пишет: «С пролетариями их роднит разве что ненависть к империалистам, то есть к транснациональным буржуям. А вот внешне на униженных и оскорбленных они совсем не похожи - сытые и здоровые, модно прикинутые, с разноцветными хаерами и мобильниками». Старая песня, на которую может купиться лишь забитый пропагандой обыватель. Для сравнения, постреволюционное «исследование» английского историка Н. Вебстер (1921 г.): «Пресыщенной аристократии казалось довольно забавным рядиться в крестьян, и Кропоткин… был настоящим оракулом таких же ряженых, которых подобное времяпрвождение занимало, по-видимому, куда больше, чем тоскливые условности петербургского света».

Однако, вразрез с наветами буржуазной пропаганды, и обзывающих сопротивление «антиглобалистами», борцы с НМП выступает не против объективной интеграции человечества. Подобно анархистам прошлого века, антиглобалисты выступают за «глобализацию снизу», основанную на свободном договоре мировой общественности, добровольной федерации её организаций, за глобализацию в интересах большинства человечества. А такая глобализация подразумевает полную прозрачность деятельности ТНК, демократический контроль за движением капиталов, и обязательное визирование мировой общественностью всех планов глобализационных институтов. Наряду с этим сопротивление отстаивает разумные проекты «локализации», - сохранение национальной самобытности, традиционных производств, религиозных устоев. В процессе широчайшей дискуссии между различными группами антиглобалистов начали вырабатываться программа и этика будущего всемирного гражданского общества.

Украинский сектор обстрела 
Украинская информационная интеллигенция (специалисты информационных технологий, см. часть1) неуклонно поставлены перед выбором самой завязкой этой «мировой холодной гражданской войны». И однозначный ответ на вопрос «С кем быть?» даёт ей наше богатое анархическое прошлое, являющееся фактической предтечей современного антиглобализма. Именно идея свободы творчества и самосовершенствования, ставшая в XXI в. основой мировоззрения глобального информационного общества, была несущей в, так называемом, «мистическом анархизме» времён 1-й русской революции 1905 г. Его сторонниками были великие литераторы А. Блок, В. Брюсов, И. Бунин. Идею всемирного сопротивления и «обобществления знаний», вылившегося в наши дни в борьбу с интеллектуальной собственностью, начали воплощать в 1904-10 гг. анархисты-махаевцы, создававшие по всей империи и за рубежом группы «Рабочего заговора». Наконец, анархо-универсализм А. Гордина (1920 г.) «утверждает мировое хозяйство, мировое производство, мировое распределение», руководимое всемирной анархической федерацией, формируемой снизу вверх.

Но угроза неолиберализма затронет в первую очередь не информационную интеллигенцию, а «трудовое предпринимательство». Глобальная сверхполяризация капитала не только разделяет планету на десяток государств «золотого миллиарда», где скоплено 98% мировых финансов, и остальной обворованный мир. Сверхполяризация неуклонно уничтожает средний класс в самих странах-глобализаторах. Именно поэтому в рядах глобального сопротивления находится малый и средний бизнес типа фермеров Бове. Именно поэтому украинские предприниматели из ещё не окрепшего среднего класса просто не могут игнорировать угрозы планируемого вступления Украины в ВТО, и получения очередных кредитов МВФ, которые ещё туже затянут налоговую удавку на их горле.

Что будет с украинским сельскохозяйственным производством, когда наш рынок оккупирует корпорация «Monsanto» со своими дешевыми генетически модифицированными картошкой, соей, помидорами?! А вступление Украины в ВТО? Что смогут реализовать на собственном рынке украинские производители, когда по условиям свободной торговли Украина будет завалена дешевой продукцией мощных ТНК?! Или вожделенные иностранные инвестиции, которые придут в Украину в виде спекулятивных капиталов, не играющих в производство и полностью разоряющих отсталые экономики. В контексте этой угрозы совершенно по-новому выглядят и действия украинской правой оппозиции с её нескрываемым проамериканизмом и прямой оплатой её выборов и акций американскими фондами.

В то же время именно анархическое, а в последнее время, более широкое антиглобалистское движение неизменно выступает против диктата не только политической, но и экономической власти. И в свете реалий нового тысячелетия, - подмены государственного тоталитаризма произволом Нового Мирового Порядка, - именно анархисты и антиглобалисты оказались наиболее последовательными защитниками национального производителя от разорительной экспансии международных финансовых институтов и транснациональных корпораций. Наконец, именно анархисты и антиглобалисты отстаивают идею «локализации» - духовной автономии и сохранения культурной самобытности народов перед лицом нивелирующего действия НМП. Православная церковь Украины не может не замечать, что экономическая экспансия Запада тесно переплетена с католической и протестантской оккупацией нашей страны.

В Украине национальный бизнес (мелкий и средний), Церковь, и информационная интеллигенция в целях самосохранения просто не имеют права игнорировать глобальную угрозу. И силой обстоятельств, именно анархисты и антиглобалисты становятся их неизбежными и наиболее грамотными союзниками. Пришло время отбросить предрассудки и начать объединение сил. Именно объединение различных слоёв и социальных групп украинского общества перед лицом внешней угрозы мы видим началом создания широкого гражданского движения, реальной национальной идеей (отстоим свой дом). И именно в контексте такого движения мы видим реальные шаги в сторону анархизации (= самоорганизации, самоуправления) украинского общества. Ведь, ввиду излюбленной тактики глобализаторов скупать и делать марионеточными коррумпированные режимы, движение глобального сопротивления Украины не сможет оставить бесконтрольной и внутреннюю власть.

 

Набат №6-7, август-сентябрь 2002 

назад
Любое полное или частичное использование материалов допускается только при прямой ссылке на первоисточник